Архив за месяц: Ноябрь 2014

Из детских журналов

В 1922 году Самуил Яковлевич Маршак приехал в Петроград и возглавил два детских журнала. Один назывался «Ёж». Другой — «Чиж». Туда он и позвал  поэта Даниила Хармса.

255-1073

1772

В «Чиже» и «Еже» царило веселье. Редколлегия и авторы проказничали вовсю. Рассказывают, что Даниил Хармс, когда встречал посетителя, вылетал из кабинета главного редактора на четвереньках и лаял.

0_56489_cfe307d1_xl

Очень страшная история.

Доедая с маслом булку,
Братья шли по переулку.
Вдруг на них из закоулка
Пес большой залаял гулко.

Сказал младший: «Вот напасть,
Хочет он на нас напасть.
Чтоб в беду нам не попасть,
Псу мы бросим булку в пасть».

Все окончилось прекрасно.
Братьям сразу стало ясно,
Что на каждую прогулку
Надо брать с собою… булку.

1308749484_0_4c0c5_e5226a37_xl

Художник — Игорь Алейников.

Стихи Даниила Хармса

Кошки

Однажды по дорожке
Я шел к себе домой.
Смотрю и вижу: кошки
Сидят ко мне спиной.

Я крикнул:- Эй, вы, кошки!
Пойдемте-ка со мной,
Пойдемте по дорожке,
Пойдемте-ка домой.

7

Скорей пойдемте, кошки,
А я вам на обед
Из лука и картошки
Устрою винегрет.

- Ах, нет!- сказали кошки.-
Останемся мы тут!
Уселись на дорожке
И дальше не идут.

 

На фото поэту 7 лет.

 

Бульдог и таксик

Над косточкой сидит бульдог,
Привязанный к столбу.
Подходит таксик маленький,
С морщинками на лбу.
«Послушайте, бульдог, бульдог!-
Сказал незваный гость.-
Позвольте мне, бульдог, бульдог,
Докушать эту кость».

Рычит бульдог на таксика:
«Не дам вам ничего!»
Бежит бульдог за таксиком,
А таксик от него.

i_054

Бегут они вокруг столба.
Как лев, бульдог рычит.
И цепь стучит вокруг столба,
Вокруг столба стучит.

Теперь бульдогу косточку
Не взять уже никак.
А таксик, взявши косточку,
Сказал бульдогу так:
«Пора мне на свидание,
Уж восемь без пяти.
Как поздно! До свидания!
Сидите на цепи!»

i_055

Музыка Сергея Никитина. Песню исполняют Татьяна и Сергей Никитины.

Художник — Анатолий Елисеев.

Ксения Драгунская. Противные старушки

1300748426_1102011110233am_soapopera_nevsepic.com.ua

Когда я была маленькая, я была очень противная. Я и сейчас противная, но раньше — просто ужас.

Вот мне говорят:

— Ксюшенька, иди кушать!

А я в ответ противным голосом:

— Пе-пе-пе-пе-пе!..

Даже вспоминать стыдно.

И вот однажды весной гуляла я в саду «Эрмитаж» и показывала всем язык. Мимо проходили две старушки в беретках и спросили меня:

— Девочка, как тебя зовут?

— Никак, — ответила я своим противным голосом.

— Ура! — запрыгали от радости старушки. — Наконец-то мы нашли девочку по имени Никак. Вот тебе письмо.

И они упрыгали. В письме было написано:

«Девочка по имени Никак! Почеши, пожалуйста, левой ногой правое ухо!»

«Вот еще! — подумала я. — Очень надо!»

Вечером мы с мамой и тетей Лизой пошли в «Детский мир». Мама и тетя Лиза крепко держали меня за руки, чтобы я не потерялась. И вдруг у меня ужасно зачесалось правое ухо! Я стала выдергивать свои руки. Но мама и тетя Лиза только сжали мои руки покрепче. Тогда я постаралась почесать ухо правой ногой. Но не дотянулась… И мне пришлось изловчиться и почесать правое ухо как раз левой ногой.

И как только я это сделала, у меня тут же выросли большие кудрявые усы. И у всех других детей — тоже. В «Детском мире» поднялся страшный визг — это мамы и папы испугались своих детей усатых! И скорее побежали к врачам и милиционерам. Но врачи смогли вылечить усатых детей не сразу, а только через несколько дней.

Зато милиционеры сразу поймали двух противных старушек в беретках. Эти старушки уже давно ходили по Москве и делали всякие безобразия. Только они были уже совсем старенькие, и их противности не хватало для безобразий. Поэтому они подыскивали противных мальчишек и девчонок и безобразничали с их помощью.

«Надо же! — подумала я. — Оказывается, противные девочки становятся противными старушками?..»

Мне не захотелось становиться такой старушкой, и я перестала быть противной.

Художник — Татьяна Дерий.

Ксения Драгунская. Грустный троллейбус

110643872_Savchenko_A

Принцесса Катя Картошкина встретила в переулке Троллейбус. У него было ужасно грустное лицо.

— Троллейбус, — тихо спросила Катя, — ты чего такой грустный?

— Устал я, — сказал Троллейбус человеческим, но очень толстым голосом. — Целый день вози всех, вози. А они набьются вовнутрь, пихаются, ногами по дверям стучат. И ругаются еще, что я медленный.

— А я-то думала, что троллейбусы — железные машины и ничего не чувствуют, — удивилась Катя.

— Мы не машины, нет, — сказал Троллейбус. — Мы дальние родственники слонов и бегемотов. Нам тесно в городе. Мы должны пастись на лугу у реки…

Принцесса Катя Картошкина погладила Троллейбус, и он сказал:

— А ты совсем не воображала, хоть и принцесса.

— Откуда ты знаешь, что я принцесса?

— Фотографии в газете видел.

— Я на фотографиях непохоже выхожу, — сказала Катя. — А корону на улицу не надеваю, а то она у меня с головы сваливается. Ты не грусти, пожалуйста, — и Катя еще раз погладила Троллейбус на прощание.

— Надо что-то делать, папочка, — сказала Катя вечером царю. — Нельзя же бедные троллейбусы мучить.

— Что-нибудь придумаем, — ответил царь.

Утром Катя Картошкина проснулась от велосипедных звонков. По городу носились велосипеды.

Старушки ездили на больших трехколесных, со специальными корзинками для собачонок.

Мальчишки носились на гоночных. Тетеньки на очень красивых, разноцветных, с фонариками. Дяденьки — на больших черных с телевизорами и антеннами.

А троллейбусы вереницей ушли из города и стали жить на лугу у реки. Они грелись на солнце и слушали, как поют птицы. Всякие лесные звери прятались в троллейбусах от дождя.

Троллейбусы решили, что скоро опять придут в город. Но не чтобы всех возить, а просто так, в гости.

Художник — А. Савченко.

Ксения Драгунская. Мама и король

Геннадий Янулевич

У Никиты был папа Володя и мама Оля. Однажды утром Никита играл в коридоре в войну с пришельцами, папа лежал на диване, качал ногой и пел «туруруруру», а мама стирала в стиральной машине, готовила обед, мыла окна, белила потолок, двигала мебель и чинила пылесос. Когда мама все сделала, она оделась, положила в сумку два яблока и сказала:

— Ну вот, дорогие мои. Я сварила вам суп на всю жизнь и теперь от вас ухожу. Навсегда-навсегда.

— А какой ты нам суп сварила? — спросил папа.

— Грибной. С картошкой и жареным луком.

— Что же, — обиделся папа. — Я теперь всю жизнь должен грибной суп есть? Интересно.

И он снова запел «туруруруру».

А Никита спросил:

— Мам, можно я тут пока из твоей стиральной машины марсианский корабль построю?

— Конечно, можно, — согласилась мама и ушла.

Была осень. Мама пошла в парк. Там никого не было. Тогда мама стала шуршать желтыми листьями и подфутболивать их кончиками башмаков. Неприлично же при посторонних листьями шуршать. Взрослая все-таки тетенька. Шуршала мама, шуршала, вдруг смотрит — по парку еще кто-то ходит и тоже листьями шуршит. Мама пригляделась, а это молодой дядька — красивый такой, рыжий, кудрявый, а глаза веселые-веселые.

— Вы что, тоже листьями шуршать любите? — спросила мама.

— Очень, — сказал рыжий и улыбнулся. — Только редко удается хорошо пошуршать. Все дела, заботы. Давайте с вами вместе шуршать.

Стали они вдвоем шуршать. А потом в кучи листьев прыгать с разбегу. Так весело было! Прыгали, прыгали, потом рыжий сказал:

— Так бы всю жизнь с вами и прыгал. Жалко, что улетать пора. Вот наберу сейчас с собой листьев и полечу.

И он достал огромный мешок.

— Зачем же вам с собой листья? — спросила мама.

— Чтобы пошуршать, когда сильно захочется. Ведь в моем королевстве всегда лето и нет сухих листьев.

— А у вас есть королевство? — удивилась мама. — А где оно?

— Пойдемте покажу.

Рыжий и мама поднялись на крышу. Отсюда было далеко видно.

— Вон, — сказал рыжий. — Видите те белые дома далеко-далеко? А за ними — лес. В этом лесу есть коричневая дорога с лужами и подорожником. Эта дорога и ведет в мое королевство. Мое королевство веселое и теплое. У меня там море и сад с каруселями. Знаете что? — придумал рыжий. — Полетим ко мне в гости, а? Я вас с мамой познакомлю. Она у меня добрая. Старенькая только. Ей уже трудно королевой быть, так что я теперь главный король.

«Как же я раньше-то не догадалась! — подумала мама. — Конечно, таким рыжим, веселым, красивым и добрым может быть только король из королевства с морем и каруселями».

— А кто у вас суп готовит? — спросила мама.

— Никто, — ответил рыжий король. — Мы суп не едим. У нас всегда гречневая каша, винегрет и кисель. Полетели вместе! Я вам кошек своих покажу. Они такие смешные симпатяги! Рыжие, в зеленый горошек. А некоторые в клеточку.

— На чем же мы к вам полетим? — спросила мама.

Король посвистел, и на крышу опустился вертолет.

— На каруселях с вами покатаемся! — радовался рыжий король. — А то я все один на каруселях кружусь, грустно это как-то.

— Конечно, полетели! — решила мама. — Только я тогда домой зайду, варенье возьму вашей маме в подарок. А то неудобно в гости без гостинцев.

Мама пошла домой, а рыжий король ждал ее прямо в вертолете около подъезда.

Мама только дверь открыла, а Никита выбегает:

— Ой, мам, ты куда девалась-то? Мы уж и в милицию звонили, и в «Скорую помощь», и пожарным. А папа в обморок упал. То ли от волнения, то ли от голода.

— Как от голода? Я же вам суп сварила!

— А мы его налить не можем! Из половника я антенну для марсианского корабля сделал, крепко прикрутил, теперь не откручивается.

Стала мама половник от стиральной машины откручивать, Никиту супом кормить, папу от обморока лечить. Рыжий король ждал-ждал, а потом загрустил и улетел один в свое веселое королевство. Теперь он часто смотрит в подзорную трубу на дорогу и вздыхает. Но вздыхать ему осталось совсем чуточку! Потому что мама уже обещала Никите и папе, что, если они будут хорошо себя вести, она возьмет их в гости к рыжему королю в веселое королевство. И Никита с папой изо всех сил стараются вести себя хорошо.

Художник — Геннадий Янулевич.

mother_and_child-1401072

ПЛАНЕТА ЧИТАТЕЛЕЙ

Сколько книг прочтено – не имеет значения,
Но имеет значение очень давно
Ежедневное, ежевечернее чтение,
Еженощное – с лампой зажженной – в окно.
И пока круг от лампы на круглом столе
Выключается только на позднем рассвете,
Все в порядке на круглой и светлой Земле,
Населенной читателями планете.

Стихи Бориса Слуцкого. Художник — Евгений Демаков.

 

ИЗ ДЕТСКИХ ЖУРНАЛОВ

123894_original

Был когда-то в Ленинграде детский журнал «Чиж». Каждый день туда приносили и присылали рассказы, сказки, стихи — в конвертах, тетрадках, на листочках. Одна рукопись была в яркой розовой тетрадке, а в ней сказка, кажется, английская, о котёнке, прыгнувшем на Луну.С тех пор прошло больше тридцати лет и много-много событий. И вот однажды, разбирая старые бумаги, я увидела ту самую розовую тетрадку. Но кто написал сказку? Кто перевёл на русский язык? Тогда, в редакции, я это знала, теперь забыла. А в тетрадке не было никакого имени. Я решила пересказать вам эту сказку по-своему. Может быть, хозяин или хозяйка розовой тетрадки прочтёт её и найдётся?  Нина Гернет.

С сыном

На фото Нина Гернет с сыном.

«Сказку про лунный свет» читайте в разделе Библиотека.

Нина Гернет. Сказка про лунный свет

0_ce140_df689c32_XXXL

Жил доктор. Он был очень старый и носил очки, потому что плохо видел.

У доктора жил котёнок. Он был совсем маленький и весь чёрный, потому что таким родился.

Доктор с утра до вечера лечил детей, взрослых и стариков. А котёнок целыми днями гонялся за мухами, бабочками и птичками.

Раз вечером доктор сидел за столом и читал газету. А на столе стояла электрическая лампа и светила доктору, потому что в темноте он читать не мог.

А котёнок лежал на полу и ловил свой хвост, потому что больше ловить было нечего: в комнате не было ни мух, ни бабочек, ни птиц. И котенку не нужна была электрическая лампа, потому что кошки, даже самые маленькие, хорошо видят в темноте.

Вдруг в окно ворвался ветер, потому что доктор любил свежий воздух и держал окно открытым. Газета зашевелилась и зашуршала. Котенок прыгнул на стол и бросился на газету, потому что подумал, что это шуршит мышка. По дороге он зацепил лампу. Лампа свалилась со стола, разбилась и потухла.

— Что это? — спросил доктор, потому что стало темно.

А котёнок увидел, что он наделал, выскочил в окно и убежал.

Он бежал мимо дома, мимо сада, мимо мельницы, мимо скошенного поля. И прибежал к горе.

Это была большая, высокая гора. И котёнок взбежал на гору, потому что не мог остановиться.

А на горе стояла Луна, потому что она как раз с этой горы и всходила на небо. А возле Луны висело объявление:

«Восход Луны ровно в семь часов. Посторонним вход воспрещается».

Котенок был посторонний, и ему, значит, тоже запрещалось подходить к Луне. Но он все-таки подошёл, потому что не умел читать.

Он вскочил на Луну, уселся и сидел очень долго. Так долго, что ему стало грустно и захотелось вернуться домой к старому доктору, к светлой лампочке и тёплой печке.

la39

Он подошел к краю Луны и присел, чтобы спрыгнуть.

Но он не спрыгнул, потому что испугался. Гора была далеко и стала совсем маленькой.

Пока он сидел и грустил, Луна изошла и поднялась высоко в небо. А когда поднимаешься высоко все, что внизу, кажется очень маленьким. Котенок видел маленькие горы, маленькие реки и моря, потому что он умел видеть в темноте. Но он боялся прыгать с такой высоты и смирно сидел на краю Луны.

Луна плыла над полями, и поля лежали, как темные одеяла. Луна плыла над морями, а вода в морях была совсем черная. Луна плыла над городами, а в городах сверкали огоньки. И везде стояла темная ночь. Но на Луне было светло, потому что там было много лунного света. И котёнок зажмурился, потому что захотел спать.

Он спал долго и не заметил, как Луна обошла вокруг всей Земли.

А потом он подскочил и проснулся, потому что Луна стукнулась о гору. Котенок свалился на гору и увидел, что это была та самая гора. Котенок скатился с нее и покатился мимо скошенного поля, мимо мельницы, мимо сада, мимо дома — до самой двери. Потому что не мог остановиться. И он вкатился в дом, потому что дверь была открыта.

В комнате за столом сидел доктор. Но не читал газету, потому что лампа разбилась, а он не умел читать в темноте.

Доктор увидел котёнка и сказал:

— Что это? — потому что в комнате стало светло.

А это светился котенок.

Вдруг ветер ворвался в окно, и газета зашевелилась. Котёнок вскочил на стол и прыгнул на газету. А с его чёрной шерсти посыпались искры, потому что котёнок весь вымазался в лунном свете, пока сидел на Луне.

Доктор сказал:

— Где моя платяная щётка?

Он нашел щётку и хорошенько почистил котёнка, так что весь лунный свет осыпался на газету. Доктор стряхнул его в стакан, поставил стакан на стол и сказал:

— Этого света пока хватит. А завтра я куплю новую лампочку.

И он начал читать газету.

А котёнок лег на пол и принялся ловить свой хвост.

А мимо дома, мимо сада, мимо мельницы, мимо скошенного поля тянулась узенькая тропинка из лунного света. Потому что с котёнка всю дорогу осыпался лунный свет.

 

0_ce14c_964a7df2_XXL

Иллюстрации художников  Г. А. В. Траугот.

Светлой памяти музыканта — Учителя музыки Морозова Николая Никаноровича посвящаю…

Евгений Лоскутов

Композитор — Исаак Шварц.  Музыка из фильма «Мелодии белой ночи».

Художник — Евгений Лоскутов.